Новости

Всемирный банк объявил о глобальном кризисе школьного образования

Свыше 60% учеников начальной школы в развивающихся странах не обладают минимальными навыками

Школьное образование во всем мире переживает кризис, говорится в докладе Всемирного банка «Потенциал системы образования: как научиться его реализовать». Дети стали проводить в школе больше времени – в развивающихся странах среднее время обучения с 1950 по 2010 г. выросло с 2 лет до 7,2 года. Но многие так и не овладевают элементарными навыками: не могут правильно посчитать сдачу в магазине или прочесть рекомендации лечащего врача. И это при том, что жителям стран с более слабой экономикой, чтобы преуспеть в жизни, нужно значительно больше знаний и навыков, чем населению развитых экономик. Часто дети находятся в школе, но не учатся, говорится в докладе.

25% лучших учеников в странах со средним доходом (среди них и Россия) оказались бы среди 25% отстающих в странах с высоким доходом. В Перу, например, половина второклассников не смогли прочесть простейшие слова, половина третьеклассников в Никарагуа – сложить пять и шесть. В целом более 60% учеников начальной школы в развивающихся странах, по оценке Всемирного банка, не обладают минимальными навыками: не способны выполнить простые расчеты с целыми числами, объяснить столбчатую диаграмму. В странах с высоким доходом это могут почти все дети, окончившие начальную школу: 99% в Японии, 98% в Норвегии, 91% в Австралии. В России 15% школьников, судя по результатам ЕГЭ, так и не овладевают базовыми знаниями и навыками, оценивает директор Центра педагогического мастерства Иван Ященко, – правда, ситуация улучшается: четыре года назад таких было 25%.

Результат – низкое качество рабочей силы, пишет Всемирный банк. Проблема даже не в недостатке сотрудников с образованием, а в недостатке работников, в принципе способных к обучению. Такие люди всю жизнь работают в местах, где требуется минимум навыков чтения и счета, их заработки и мобильность крайне низки. Хотя сейчас работник должен не только уметь читать, писать и считать – он должен решать проблемы, работать в команде, обладать техническими навыками.

Даже попасть в школу для многих детей проблема – в силу бедности, этнической принадлежности, пола, инвалидности, военно-политического конфликта в стране. А если ребенок и попадает в школу, часто он оказывается к ней просто не готов. Голод, болезни, недостаток вложений со стороны родителей – в результате дети физически не способны учиться. Не хватает навыков и мотивации и самим учителям, пишет Всемирный банк: почти во всех странах 15-летние подростки, которые планируют стать учителями, не дотягивают до среднего результата теста PISA (меж­ду­на­род­ная программа по оценке об­ра­зо­ва­тель­ных достижений учащихся) по своей стране.

Даже если страна идет по пути инноваций, результат не гарантирован: в Южной Корее школьники продолжают дополнительно посещать частные школы, где их натаскивают на тесты. Возможность реализовать «эталонную» модель школы, которой считается финская, под вопросом: Финляндия сделала ставку на автономию учителей, но, если дать автономию плохо образованным, немотивированным учителям в школах с плохим управлением, ситуация может лишь ухудшиться, пишет Всемирный банк. Возможно сопротивление и со стороны местных властей, да и бизнес часто не заинтересован инвестировать в образование – его больше интересует снижение налоговой нагрузки.

У детей из бедных семей меньше возможностей получить когнитивные навыки, необходимые для учебы в вузе, чем у детей состоятельных родителей, писал старший научный сотрудник РАНХиГС Иван Любимов в «Вопросах экономики»: чем хуже образование на текущей ступени, тем труднее осваивать следующую. Поэтому расширение программ обучения в вузах или курсов переподготовки работников может оказаться неэффективным. Выходцы из состоятельных семей также активнее пользуются интернет-курсами, доступными для всех, указывал он.

Исследования показывают, что в России родители детей, особенно в Москве и крупных городах, среди обеспеченных слоев населения начинают заботиться об образовании ребенка еще до поступления в школу, отмечает старший научный сотрудник Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС Дмитрий Логинов. В столице более актуальна другая проблема, говорит он: первоклассники переподготовлены, им неинтересна стандартная школьная программа – в результате они «скучают» и не получают навыков непрерывного обучения. Для большинства родителей в России «официальная норма» – высшее образование, минимум – среднее профессиональное, продолжает он, в школе дети занимаются дополнительно – чем ближе к экзаменам, тем больше. Проблема нехватки кадров также в значительной степени снята благодаря росту зарплат, в школах есть компьютеры, учебники, замечает он.

Как правило, при проведении экономических реформ страны начинают с системы образования, говорит Ященко. Среди майских указов президента Владимира Путина также была концепция развития математического образования. И уровень математического образования в России действительно вырос, отмечает Ященко: в 2015 г. выпускников, которые набирали 80 и более баллов по ЕГЭ, было около 12 000, в 2017 г. – около 19 000. Остается, однако, много регионов с серьезными проблемами в системе образования, продолжает он. В концепции математического образования одной из главных проблем назван недостаток мотивации – как у родителей, так и у учителей. Также школы должны уделять больше внимания развитию талантов, указывает он.

Конкурс и проходные баллы в педагогические вузы резко выросли, говорит Ященко: в этом году первый набор будущих учителей математики в Высшей школе экономики дал проходной балл 243. Значит, у хорошо подготовленных молодых людей есть желание работать в школе и понимание востребованности профессии, заключает он: еще недавно в педагогические вузы шли худшие ученики, а учителями впоследствии становились худшие из них – остальные уходили в другие сферы.

Всемирный банк предлагает развивать национальные и международные системы оценки, причем не только результатов школьников, но и подготовки детей к школе, навыков учителей, качества менеджмента школ, достаточности финансирования, готовить детей к школе еще с рождения: помогать матерям с питанием, создавать условия для обучения на дому, развивать систему яслей и детских садов. Нужно облегчить финансовую нагрузку на родителей школьников – например, за счет бесплатного школьного питания, разработать специальные обучающие курсы для тех, кто школы уже покинул и кому недостает навыков и знаний для работы.

Необходимо также повышать качество подготовки учителей, пишет Всемирный банк, мотивировать их не только учить сильных учеников, но и проводить дополнительные занятия с отстающими либо переформировывать классы, также нужно награждать педагогов за хорошие результаты работы. Необходимо контролировать использование ресурсов, выделяемых на образование, обратить внимание властей и школ на то, как учителя общаются с учениками.

Реформу образования предложил президенту председатель совета Центра стратегических разработок Алексей Кудрин в стратегии развития России до 2024 г. Одна из ключевых мер – перераспределить расходы государственного бюджета в пользу образования. Чтобы обеспечить России экономический рост, нужно реформировать систему образования на всех этапах, указывал он, в том числе ввести обязательную подготовительную школу для детей 5–6 лет, профильное образование старшеклассников, создать не менее 300 колледжей высоких технологий и не менее 600 многопрофильных колледжей. 

Источник: https://www.vedomosti.ru/economics/articles/2017/09/28/735646-vsemirnii-bank-shkolnogo-obrazovaniya

Комментарий. Начнём с того, что Всемирный банк является инструментом уходящего мирового гегемона — США. Поэтому ко всяким его обеспокоенностям  надо относиться критически. Одно время Всемирный банк был сильно обеспокоен образованием в России. Его кредиты и его засланцы активно реформировали наше образование  в сторону исчезновения объекта реформирования. Тот, кто распределял кредиты на реформу, был поставлен руководить реформой. Например, никому неизвестный Ярослав Кузьминов из ничего получил колоссальный кредит доверия. Оказалось, если ты на связи с Всемирным банком, то ты лучше всех в России знаешь, какое образование нужно стране. Я хорошо помню, как его подчинённый Пинский вещал о том, что столько математики нам больше не нужно, а на робкий вопрос: «Как же мы будем восстанавливать то, что раньше называли народным хозяйством?» был дан ответ: «А этого делать не нужно. Есть же международное разделение труда». То есть Россия должна продавать ресурсы и покупать на Западе умные продукты, сделанные из этих ресурсов. Кстати, тот же Пинский как-то объявил о начале нового этапа институциональной реформы образования — вы что-то слышали в продолжение? Я нет, но знаю, что Я.Кузьминов защищался по институциональной экономике… Кто был автором этого нового этапа реформы вы догадываетесь? Впрочем, идеи этой реформы, вполне возможно, уже внедрены и успешно разваливают образования, но сам термин канул в Лету.

Вспомним незабвенного министра образования и науки А.А.Фурсенко с его откровением: «Недостатком советской системы образования была попытка формировать человека-творца, а сейчас задача заключается в том, чтобы взрастить квалифицированного потребителя, способного квалифицированно пользоваться результатами творчества других».

Учительская газета, 31.08.2004

Как только началось реформирование образования, так сразу математику урезали в часах, особенно в начальной школе, где закладываются основы. Потом взяли курс на слияние предметов в одном флаконе. К 2015 году подготовили программу, в которой должен быть один предмет математика, включающий алгебру, геометрию, информатику и всё-всё-всё. Потратили на эту программу миллионы, а утвердили другую, сделанную «на коленке» — бесплатно и за неделю. Но и там переполнили курс алгебры статистикой и вероятностью, что в более стабильные времена не рискнул ввести А.Н.Колмогоров. Но, кажется,  И.В.Ященко лучше академика А.Н.Колмогорова понимает, что и когда можно вводить в школьную программу! Кстати, его бодрые отчёты о росте результатов в ЕГЭ лично у меня вызывают только улыбку, так как понижая уровень сложности заданий, выделяя в ЕГЭ  базовый уровень для тех, кто в 10-11 классе ничего не усвоил, не стоило бы даже говорить о росте чего-нибудь! Если выпускники начальной школы решают 6 задач  базового уровня, а выпускник школы считается получившим среднее образование по математике, если сумеет решить не меньше 7 задач, то это, конечно, большой достижение! Это достойная цель для посещения уроков математики в течение 7 лет!

Кстати, реформаторы нанесли удар и по другим наукам: по физике, химии, биологии. Изучение наук теперь подменяется деятельностью, что отрицательно сказывается на развитии понятийного мышления. В стране появится более внушительная прослойка неудачников, не понимающих того, что их неуспехи зависят от их неправильного понимания той или иной ситуации, но они в своих бедах будут винить других  — читайте Людмилу Аполлоновну Ясюкову у нас на сайте. Я присоединяюсь к её мнению о том, что реформами в образовании у нас занимаются люди, не владеющие понятийным мышлением, не умеющие на полшага вперёд предвидеть последствия своего бурного реформаторства. Если не так, то дело ещё хуже: они сознательные вредители.

До тех пор, пока реформированием образования будут заниматься люди весьма далёкие от образования и даже ничего в нём не понимающие (Г.Греф, например, считает, что в школе надо учить не знаниям, а навыкам — большего бреда про образование я не слышал!), не ждите ничего хорошего. А других министр образования и науки найти в большой России не может!

www.Shevkin.ru | © 2004 - 2017 | Копирование разрешено с ссылкой на оригинал